Главная Сегодня

Муза Кулиша и Вишни жила в Харькове

Марии Пилинской удалось сохранить архив, благодаря которому сегодня можно понять, как жили украинские писатели эпохи "Расстрелянного возрождения" в 20-е годы.

Ей посвящали стихи и рассказывали сюжеты будущих романов. Переводчик и тонкий знаток слова Мария Пилинская вдохновляла на творчество Тычину, Кулиша, Вышню. В этом году исполняется сто лет со дня ее рождения.

В лучшие беззаботные годы писательского дома "Слово", где в 20-х годах жил цвет украинской литературы, была традиция обмениваться записками. Небольшой, наспех оторванный кусочек бумаги мог быть пригласительным билетом на спонтанную вечеринку к Тычине, или же просто посланием с парой рифмованных строк от Кулиша. Больше всего записок "летало" в квартиру писателя Ивана Днипровского. Это место было одним из самых уютных и комфортных в "Слове", благодаря хозяйке, жене Днипровского Марии Пилинской, которую будущие классики украинской литературы дружно возвели в статус своей музы. "Это была необычайная женщина. Образованная, открытая, она смогла создать в своей квартире такую искреннюю обстановку, что, приходя сюда, писатели забывали обо всем на свете и наслаждались общением, — рассказывает сотрудник литературного музея Ольга Резниченко. — В нее невозможно было не влюбиться. Тычина, Кулиш, Вышня могли часами сидеть в этой квартире и любоваться хозяйкой. Особенно восторгался Пилинской Тычина, он влюбился в нее задолго до встречи, когда слушал рассказы своего друга Ивана Днипровского. Тот был одинок в Харькове, ведь переехал сюда совсем недавно из Каменца-Подольского. Днипровский тосковал и всем рассказывал о своей Марии, страдал от того, что она не переезжает жить к нему. Все друзья-писатели устраивали тот переезд".

ВАРЕЖКА НА СВАДЬБУ. В Харьков Пилинская приехала уже женой Днипровского. Сначала они ютились в квартире на Артема, потом переехали в новый дом "Слово". Среди огромного количества книг, которые перевозили новоселы, была одна особенная — детская книжка-сказка в форме варежки. Ее Марии подарил Днипровский в день свадьбы, мечтая, что и их будущий дом будет теплой уютной варежкой для всех друзей. "Так и вышло. Во многих писательских письмах хранятся воспоминания об этом доме, где царили мир и согласие, — говорит Резниченко. — Мария устроилась в информационное агентство, там начала переводить с русского на украинский. Во времена украинизации это была востребованная профессия, профессионалов не хватало. Она переводила быстро и грамотно, а вечером помогала мужу набирать тексты, редактировала их". Уже в 27-м году Пилинская начинает переводить художественную литературу, причем многие авторы были ее приятелями или знакомыми. Например, Саша Черный и Борис Пастернак, с которыми она познакомилась еще в Киеве, когда те только-только начинали писать и участвовали в литературных вечерах. Однажды Пилинской попалась книжечка незнакомых авторов — "Двенадцать стульев" Ильфа и Петрова. Книга стала популярной в СССР всего за несколько месяцев. Мария взялась ее переводить на украинский язык. До сих пор эта книга издается на украинском языке в ее переводе. "Неприятная история произошла с Максимом Горьким. Пилинская взялась переводить его роман "Мать". Когда он узнал об этом, возмутился, написал в письме, что считает это абсурдным — переводить его роман с великого могучего русского языка на какое-то наречие! Скорее всего, работу прекратили, так как перевода "Матери" до сих пор нет".

ОСЛУШАЛАСЬ МУЖА
"Когда Иван Днипровский умирал, он оставил любимой жене записку: "Архив после моей смерти просьба сжечь". Пилинская не только не уничтожила архив, но и в свое время на всякий случай написала вторую записку: "Архив Днипровского! Просьба сохранить". Оба эти послания много лет спустя нашли сотрудники литмузея, разбирая архив, который принес сын Марии от второго брака Александр Бугаевский. "Один из самых трогательных экспонатов из этого чемодана, который могла сохранить только женщина, — небольшое письмо с бутоном засушенной розы. Это послание от Юлии Уманцевой, жены Николая Хвылевого. После смерти мужа она адресовала его Днипровскому, вложив засушенный цветок. В архиве сохранились и неизвестные произведения писателей. До конца дней Пилинская оставалась музой расстрелянной литературы...". О том, что в чемодане, сын узнал только после смерти Пилинской. Сотни документов, без которых невозможно было бы реконструировать эпоху "Расстрелянного возрождения".

РАССЛЕДОВАНИЕ ПО "ТИХОМУ ДОНУ" ЗАМЯЛИ НАВЕРХУ
С именем Пилинской связывают один из самых больших литературных скандалов в СССР. Он разразился после того, как Михаил Шолохов получил Нобелевскую премию за "Тихий Дон". По Москве поползли слухи, что Шолохов украл идею романа и скопировал его часть. Начало расследованию было положено Пилинской. Она рассказала, что в 1928 году ее муж в свежем номере журнала "Октябрь" прочитал отрывок неизвестного романа "Тихий Дон". Быстро "проглотив" роман, Днипровский вспомнил, что уже слышал эту историю несколько лет назад от одного из своих фронтовых товарищей Ивана Родионова. Во время Первой мировой войны они вместе работали в газете Юго-Западного фронта "Армейский вестник". Тогда же Родионов впервые представил в редакции отрывки из своего будущего романа: все слушатели были восхищены сюжетом и пророчили бессмертие, а автору — славу. Но после войны Родионов, переезжая с места на место, был вынужден передать рукописи на хранение приятелю. Забрать имущество уже не смог — приятель потерялся. Когда Днипровский узнал, что Михаил Шолохов — это не псевдоним его друга, собрался в Москву и отвез письмо в "Дом писателей". Но там слушать Днипровского не стали: Михаил Шолохов успел обрасти влиятельными друзьями. Эту историю Мария Пилинская в 60-х поведала нескольким журналистам, но вспыхнувший, было, скандал быстро замяли. Нобелевский лауреат был уже в недосягаемости, и дать делу ход значило опозорить всю страну на мировом уровне.

АРХИВ БЕРЕГЛИ
Сегодня в квартире Пилинской в доме "Слово" живет сын Александр Бугаевский. Фото матери — на видном месте под стеклом в рамочке. На книжных полках — сотни переведенных книг, энциклопедии и, конечно, книги писателей "Слова". "Мама мало что рассказывала о том периоде, время такое было, что не до рассказов, — вспоминает Бугаевский. — Я знаю, что она была замужем за писателем Днипровским, что он умер от туберкулеза и что в кладовке в огромном чемодане хранится его архив, но никогда не подходил к нему. Запрещено было. Во время войны, когда мой отец, второй муж мамы, ушел на фронт, мама отказалась эвакуироваться, она не хотела оставлять своих близких и архив. Я помню, как в нашей квартире поселились чужие люди, а мы были вынуждены ютиться в кухне, места было мало, спали, тесно прижимаясь друг к другу, но архив берегли".

Александр Пасюта

Подпишись на наш telegram

Только самое важное и интересное

Подписаться
Читайте Segodnya.ua в Google News

Новости партнеров

Популярные статьи

Новости партнеров

Нажимая на кнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с правилами использования файлов cookie.

Принять